4. С.Л.Франк. Фридрих Ницше и этика 'любви к дальнему

Любовь к ближнему - любовь к дальнему. Любовь к дальнему - подвиг, любовь к ближнему – сопли.

3. О. Шпенглер. Закат Западного мира".

Немецкий философ и культуролог Освальд Шпенглер (1880-1936) внес значительный вклад в становление культурологии благодаря своему основному труду "Закат Западного мира. Очерки морфологии мировой истории". 2 тома. Вышел в 1918 году.

В России культурологические идеи О. Шпенглера также привлекли внимание мыслящих людей того времени. В результате в 1922 г. выходит сборник статей Н. А. Бердяева, Ф. А. Степуна и др. "Освальд Шпенглер и Закат Европы" и книга В. Н. Лазарева "Освальд Шпенглер и его взгляды на искусство".

Последние работы О. Шпенглера носят явный публицистический характер. В них освещаются актуальные проблемы современного мира. Он остается верен своей теме: обоснованию кризиса западной культуры, и в связи с этим мужественно призывает противостоять тем тенденциям, которые неустранимо приближают ее гибель.

То, как написан основной труд О. Шпенглера, вызвало ряд противоречивых оценок - от восторженных до резко критических. Так, Т. Манн, резко враждебный идеям книги, в статье "Об учении Шпенглера" назвал ее "интеллектуальным романом", а не "трактатом": "осуществилось то слияние критической и поэтической сферы, которое начали еще наши романтики и мощно стимулировала философская лирика Ницше; процесс этот стирает границы между наукой и искусством, вливает живую, пульсирующую кровь в отвлеченную мысль, одухотворяет пластический образ и создает тот тип книги, который, если не ошибаюсь, занял теперь главенствующее положение и может быть назван "интеллектуальным романом". К этому типу <...>безусловно можно причислять и шпенглеровский "Закат" благодаря уже таким его свойствам, как блеск литературного изложения и интуитивно-рапсодический стиль культурно-исторических характеристик".

Создает оригинальный понятийный аппарат, который, по его мнению, позволяет более тонко уловить суть локальных культур. Историческое мышление необоснованно отождествляется О. Шпенглером лишь с интуитивным видением, призванным обрести завершение в образно-символической форме.

"Закат Западного мира" не принадлежит к обычному типу академической философской литературы - легитимному во времена, когда о культурологических текстах не было речи. То, как написан основной труд О. Шпенглера, вызвало ряд противоречивых оценок - от восторженных до резко критических. Так, Т. Манн, резко враждебный идеям книги, в статье "Об учении Шпенглера" назвал ее "интеллектуальным романом", а не "трактатом": "осуществилось то слияние критической и поэтической сферы, которое начали еще наши романтики и мощно стимулировала философская лирика Ницше; процесс этот стирает границы между наукой и искусством, вливает живую, пульсирующую кровь в отвлеченную мысль, одухотворяет пластический образ и создает тот тип книги, который, если не ошибаюсь, занял теперь главенствующее положение и может быть назван "интеллектуальным романом". К этому типу  безусловно можно причислять и шпенглеровский "Закат" благодаря уже таким его свойствам, как блеск литературного изложения и интуитивно-рапсодический стиль культурно-исторических характеристик".

Автор умышленно порывает с традицией классической западной философии и создает оригинальный понятийный аппарат, который, по его мнению, позволяет более тонко уловить суть локальных культур. Историческое мышление необоснованно отождествляется О. Шпенглером лишь с интуитивным видением, призванным обрести завершение в образно-символической форме. С. С. Аверинцев обращает внимание на то, что у автора нет грани критического отношения к собственным приемам: метафорическое сближение слов безнадежно перепутано с философской работой над понятиями, поэтому при чтении О. Шпенглера следует различать смысл и бессмыслицу в его морфологии культуры.

Генетически воззрения О. Шпенглера уходят своими корнями в достаточно глубокие слои философской традиции. Тесными узами связан он с воззрениями И. В. Гёте, в естественнонаучных сочинениях которого изложено учение о "прафеноменс", заимствованное О. Шпенглером. Но если И. В. Гёте писал об изучении природных феноменов, которое должно базироваться на выяснении реального общего, типичного для определенной группы, то О. Шпенглер переносит этот метод на область изучения культурных целостностей. Если перечислить предполагаемых или явных предшественников, то можно назвать Дж. Вико, Н. Макиавелли, И. Г. Гердера, Г. В. Гегеля, Ф. В. Шеллинга, В. Дильтея, М. Вебера и др. При написании первого тома "Заката Западного мира" автор, возможно, еще не был знаком с сочинениями А. Бергсона, В. Парето, Ж. Сореля и З. Фрейда. Параллелизма идей Н. Я. Данилевского и О. Шпенглера. До сих пор остается открытым вопрос о возможности/невозможности влияния идей первого на концепцию второго. По крайней мере, когда была переведена на немецкий книга Н. Я. Данилевского "Россия и Европа", первый том "Заката Западного мира" был уже написан. Г. Г. Шпет, по свидетельству П. А. Сорокина, в 1921 г. видел этот труд русского философа у О. Шпенглера дома.

2. Н.Я.Данилевский. Россия и Европа.

Теория культурно-исторических типов изложена Н. Я. Данилевским в труде "Россия и Европа: Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому". Поводом для написания книги послужил вопрос о характере взаимоотношений России и Европы. Этой проблеме автор уделяет значительное место в своем сочинении. Решение ее тесно увязано с авторской позицией по поводу самобытности и степени зрелости европейской и российской культур, в связи с чем он и предпринимает попытку классификации наиболее значимых цивилизаций, имеющих место в человеческой истории, определяя среди них место славянской культуры. Таким образом, книга Н. Я. Данилевского "не ограничивается Россиею и Европою, или даже более широкими предметами - миром славянским и миром германо-романским. Она содержит в себе новый взгляд на всю историю человечества, новую теорию Всеобщей истории". Такая оценка была дана авторитетным историком, современником Н. Я. Данилевского, автором предисловия к его книге Н. Н. Страховым. Публикация книги вначале осуществлялась в журнале "Заря" (№ 1-6, 8-10 за 1869 г.), а затем работа вышла отдельным изданием в 1871 г.

Типология цивилизаций и их взаимодействие

Книга Н. Я. Данилевского "Россия и Европа: Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому" состоит из 17 глав, в которых излагаются взгляды автора на характер взаимоотношений Европы и России, обосновывается идея своеобразия отдельных культурно-исторических типов и особенности контактов между ними. Н. Я. Данилевский исходит из того, что существующее деление человечества па части света: Запад и Восток, или же Европу и Азию - деление искусственное, поскольку подразумевает прогрессивный Запад и отсталый Восток, что неверно, ибо во всех частях света есть страны, способные к развитию, и не следует приписывать потенциал исключительно Западу. На Востоке, как отмечает Н. Я. Данилевский, также были очень развитые страны, пример чему Китай, хотя прогрессивное развитие этой страны давно прекратилось. Такое заключение он делает согласно ситуации своего времени. Жизнь цивилизации он уподобляет жизни живого организма, полагая, что "всему живущему - как отдельному неделимому, так и целым видам, родам, отрядам животных и растений - дается известная только сумма жизни, с истощением которой они должны умереть". Настоящей причины этого факта никто не знает и не понимает, но то же самое история говорит "о народах: и они нарождаются, достигают различных степеней развития, стареют, дряхлеют, умирают".

Отмечая факт неравномерности развития тех или иных народов, который проявляется в том, что когда-то были очень развиты Индия, Египет, Китай, Византия, а сейчас некоторые из них находятся в "дряхлеющем состоянии". Н. Я. Данилевский отрицает деление истории всего человечества на древнюю, средневековую и новую, хотя отмечает, что и Рим, и Греция, и Индия, и Египет "имели свою древнюю, свою среднюю и свою новую историю, то есть, как все органическое, имели свои фазисы развития, хотя конечно, нет никакой надобности, чтоб их насчитывалось непременно три, ни более пи менее". Уподобление жизни народа растительному миру уже имело место у предшественников Н. Я. Данилевского, и в этом первенство ему не принадлежит. Эти его взгляды можно отнести к циклическим воззрениям на развитие истории, имевшим место еще в глубокой древности. Новаторское в его воззрениях - идеи, обосновывающие существование культурно-исторических типов, или самобытных цивилизаций.

Приведем расположенный им в хронологическом порядке перечень культурно-исторических типов: 1) египетский; 2) китайский; 3) ассирийско-вавилоно-финикийский, халдейский, или древнесемитский; 4) индийский; 5) иранский; 6) еврейский; 7) греческий; 8) римский; 9) новосемитический, или аравийский; 10) германо-романский, или европейский, к которым он причисляет два американских типа - мексиканский и перуанский, погибшие насильственной смертью и не успевшие совершить своего развития. К выделенным им 12 типам в перспективе должен добавиться 13-й - славянский - тип, который, по его мнению, находится еще в стадии "младенчества".

Н. Я. Данилевский считал, что культурно-исторические типы создают не все народы, а лишь некоторые, "позитивные творцы истории", обладающие творческим духом исторического созидания. Он перечисляет ряд общих условий, или, по его терминологии, "некоторых законов", согласно которым могут они образовываться. Первый закон предусматривает наличие отдельного языка (или группы близких между собой языков). Второй - существование политической независимости пародов. Третий подчеркивает самобытность в формировании цивилизации. Четвертый предусматривает разнообразие этнографических элементов, составляющих цивилизацию. В пятом законе речь идет об уподоблении хода развития культурно-исторических типов многолетним одноплодным растениям, у которых период роста бывает неопределенно продолжителен, но период цветения и плодоношения - относительно короток, причем таков, что истощает их жизненную силу. Этот последний период цивилизации охватывает сравнительно короткое время, в которое осуществляется "растрата" всего накопленного, но это период "растраты полезной, благотворной, составляющей цель самого собирания, но все-таки растраты".

Всякая значительная цивилизация представляет собой некое своеобразное образование, выстроенное по собственному генеральному плану, т.е. каждый культурно-исторический тип имеет свой собственный, отличный от других, замысел организации. Своеобразие культурно-исторических типов определяют четыре фактора: религиозный, культурный, политический и общественно-экономический. Если в основе каждого из них лежит один преобладающий фактор, то это характеризует его как одноосновный культурно-исторический тип. Н. Я. Данилевский отмечает особые достижения каждой цивилизации в конкретной сфере: искусство, развитие прекрасного было преимущественным плодом цивилизации греческой; право и политическая организация государства -римской; развитие религиозной идеи единого истинного Бога - плодом цивилизации еврейской. Все эти цивилизации он относит к одноосновным. За германо-романским культурно-историческим типом II. Я. Данилевский устанавливает название двуосновногополитико-культурного типа, поскольку в нем высокого уровня достигли наука и промышленность, но также и искусство, "хотя народы Европы и должны уступить пальму первенства грекам по степени совершенства достигнутых результатов, они, однако же, - замечает ученый, - значительно расширили его область и проложили в ней новые пути".

Каждая цивилизация при благоприятных внешних условиях и при условии достаточного запаса внутренних сил может достичь пределов своего развития, пройдя все отмеренные ей жизненные периоды: от "этнографического", который составляет около 1000 лет, затем "государственного" - около 400 лет, до собственно цивилизационного, или культурного, периода, который длится всего лишь 100-150 лет. После периода культурного цветения и плодоношения исчерпываются внутренние потенциальные силы, нарастает внутренняя конфликтность, начинается омертвление цивилизации. II. Я. Данилевский не настаивает на непреложном осуществлении этой схемы, отмечая, что часто явления одного и того же порядка переплетаются, дополняют друг друга, что на прохождение этих периодов влияют разнообразные внешние факторы, которые могут этому препятствовать. Один из его примеров - это культурный тип Ирана, который, побужденный принять форму государственности, вследствие борьбы с туранскими племенами, никогда не переходит на степень цивилизации. Причины он усматривает в том, что на него влияют древнесемитские цивилизации, а также оказывают разрушающее воздействие македоняне, арабы и монголы.

Поскольку каждая цивилизация своеобразна, ни одна из них не может гордиться тем, чтоб она представляла высшую точку развития, в сравнении спредшествующими ей или современными. Каждая из цивилизаций достигает максимального развития своих потенциальных возможностей: так, греческий мир дошел до крайнего предела совершенства в отношении идеи красоты, поэтому народы европейского культурного типа пошли по другому направлению, по пути аналитического изучения природы, и создали положительную науку, равной которой нет ни в какой другой цивилизации.

(Основной труд "Россия и Европа" был завершен в 1869 г. В нем он разработал ставшую впоследствии знаменитой теорию культурно-исторических типов. Культурно-исторический тип - это целостная система, определяемая культурными, психологическими и иными факторами, присущими народу или совокупности близких по духу и языку народов. Данилевский выделяет ряд культурно-исторических типов, таких как египетский, китайский, ассиро-вавилонский, еврейский, греческий, римский и др. Некоторые из них завершили свое существование, другие находятся в одной из фаз своего развития.

Особое внимание Данилевский уделяет романо-германскому (западноевропейскому) и славянскому типам. Последний еще находится в стадии формирования. По Данилевскому, отнюдь не обязательно, чтобы все страны и народы проходили в своем развитии одни и те же этапы, например, рабовладение, феодализм, капитализм и т. п. В этом смысле единой истории человечества не существует, а есть история возникновения, развития и упадка отдельных культурно-исторических типов. История человечества складывается из своеобразной истории отдельных культурно-исторических типов. Представление же о единых для всего мира стадиях развития, по Данилевскому, есть неправомерный перенос особенностей истории Западной Европы на весь мир.

Историческую миссию России он видит в заботе о сохранении и развитии славянского культурно-исторического типа. Западная Европа враждебна России и славянству, поэтому необходимо крепить солидарность славянских народов в борьбе со стремлением Запада уничтожить, подчинить или ассимилировать славян. Книга Данилевского, переизданная несколько раз после его смерти его другом издателем Н. Страховым, вызвала оживленную дискуссию. К числу наиболее яростных критиков концепции Данилевского принадлежал Вл. Соловьев. Концепция культурно-исторических типов явилась предшественницей концепции локальных цивилизаций, разработанной в XX в. О.Шпенглером и А.Тойнби.)

1. И.Г. Гердер. Идеи к философии истории человечества.

С 1785 г. начал выходить его монументальный труд «Идеи к философии истории человечества» (IdeenzurPhilosophiederGeschichtederMenschheit, Riga, 1784—1791). Это первый опыт всеобщей истории культуры, где получают своё наиболее полное выражение мысли Гердера о культурном развитии человечества, о религии, поэзии, искусстве, науке. Восток,античность, средние века, Возрождение, новое время — изображены ним с поражавшей современников эрудицией.

Гердер - контрпросветитель. История человечества вытекает из истории природы, цель человечества - обрести истинную реальность. что народы развиваются в отличае от географического положение - богатый север, бедный юг.

И, наконец, религия — вот высшая гуманность человека; не удивляйтесь тому, что я отношу религию к человечности. Ведь если преимущество человека — в рассудке, то рассудок занят выискиванием связи между причиной и следствием; там, где рассудок не усматривает причины, он ее предвосхищает.

Своими истоками «наука о культуре», т. е. КУЛЬТУРОЛОГИЯ, уходит в эпоху Просвещения. Именно в этот период развитие культуры начинает осознаваться как единый процесс, включающий  в себя историческую периодизацию и внутренние закономерности.

Одной из крупнейших фигур европейского Просвещения, оказавшей существенное влияние на развитие культурологической мысли, был Иоганн Готфрид Гердер (1744—1803).

            Гердер вошел в историю европейской социально-философской мысли как основоположник историософии, предложивший оригинальную трактовку исторического процесса. Его считают также одним из создателей оригинальной исторической теории языка, основные положения которой были в дальнейшем использованы Гумбольтом, Штейнталем и Потебней при разработке «философии языка». Многие исследователи (прежде всего отечественные) видят в нем отца-основателя современной культурологии, утверждая, что именно он сформулировал проблему культуры как проблему теоретического знания. С этими суждениями в принципе можно согласиться, ибо действительно Гердер первым дал определение культурного прогресса и раскрыл его содержание. Ему же принадлежит идея об особой эвристичности культурологического подхода, который, с его точки зрения, дает более весомые результаты, чем все остальные. Наконец, Гердер выдвинул и обосновал тезис о цели человеческой истории, состоящей в том, чтобы «шире распространять гуманный дух и культуру человеческого рода».

           Культурологическая концепция изложена в самом известном и самом значительном произведении Гердера «Идеи к философии истории человечества» (Т. 1-4, 1784-1791). Это первый исторический портрет человечества. Гердер исходил из идеи многообразия человеческой природы. В природе люди многообразны. У Гердера несколько антропологических центров, несколько пунктов возникновения человеческого рода. Человечество - плюрально. («…у Гердера прослеживается линейно-плюралистическая концепция…», - отмечают современные исследователи). Есть несколько видов человечества. Они отличны, но для Гердера они равны по своим природным качествам.

          В «Идеях» наиболее полно проявился исследовательский метод Гердера — его стремление рассматривать явления природы и общественной жизни в развитии, с исторической точки зрения.

          Гердер в своем труде дает подробную характеристику исторической жизни народов мира. Его  исторические экскурсы свидетельствуют об огромной эрудиции автора, хотя он, естественно, и допускает неточности, вызванные состоянием  исторической науки в XVIII в.  Гердер  ставит  перед собой  задачу: проследить, в силу каких причин естественного (географического) и общественного порядка тот или иной народ

---

* Согласно «Краткой философской энциклопедии» метод (от греч. methodos – путь, исследование, прослеживание) – это способ достижения определенной цели, совокупность приемов или операций практического или теоретического освоения действительности1. Соответственно, в области изучения культуры под методами следует понимать совокупность аналитических приемов, операций и процедур, используемых в анализе культуры и, в определенной степени, конструирующих предмет культурологического исследования.

выдвинулся на исторической арене своими духовными достижениями, степенью развития  литературы и искусства. Наиболее блестящие страницы «Идей» в этом плане посвящены Древней Греции, которая характеризуется Гердером как колыбель человеческой культуры. Исторический взгляд в эстетике Гердера все время корректируется просветительской идеологией. Объясняя своеобразие культурной жизни определенного народа, мыслитель никогда не забывает оценить ее с точки зрения современных человеческих интересов, что придает его работе актуальное значение.

           Гердер рассматривает общественное развитие в историко-географическом ключе. В своем существовании он определяется географическими условиями его бытия. Однако географические условия являются только толчком для начала культурного процесса.

Он последовательно анализирует группу культурно-исторических регионов, обращая внимание читателей на природные условия и традиции, населяющих их народов. Среди выделенных Гердером цивилизаций обозначены древние: Китай, Египет, Греция, Рим, а также славянский мир, культура Германии и т. д. В своем исследовании философ утверждает, что каждый регион обладает специфическими культурными чертами, которые, с одной стороны, подчеркивают его оригинальность, а с другой представляют его как этап развития человеческой культуры вообще. Культурность человека - не природный продукт. Человек сам несет за нее ответственность. Тем не менее, географическая среда создает предпосылки для различия рас. Расовые типы, согласно Гердеру, неизменны. Наиболее продвинутой, т.е. склонной к постоянному развитию расой, является европейская.

Активно используемый философом историзм в исследовании культуры, позволил увидеть ее сложную противоречивую сущность; явился попыткой выявить ее подлинные закономерности; содействовал формированию методов ее постижения. Гердера интересовала историческая эволюция человечества, взаимосвязь между эпохами, проблемы единства природы, общества и культуры. Но особые надежды возлагались на возможности совершенствования Человека, развития в нем благородства, милосердия и гуманности. На этом общем духовном фоне возникает наука о культуре как философия истории человечества.

Его значение в истории философской и эстетической мысли определяется прежде всего тем, что он стал рассматривать общественные и литературные явления с исторической точки зрения. Гердер изучал литературу и искусство в тесной связи со всей жизнью человечества, подчеркивал их обусловленность языком, нравами, психологией, образом мыслей того или другого народа на определенной ступени его исторического развития (вводил в науку новый, исторический метод исследования).

«Человек каким-то непостижимым путем делает скачок от животного к самому себе, от природы к истории. Ответить на эти вопросы, разгадать их - задача философии истории».
          

Философско-исторический подход к исследованию феномена культуры претендует на то, чтобы  раскрыть механизмы порождения, возникновения самой человеческой истории.  

Философский взгляд на историю развит И. Гердером, который рассматривал ее в контексте эволюции.
             Для Гердера история человека начинается с момента зарождения Вселенной. Человеческая жизнь невозможна без соотнесения ее с окружающим человека миром природы. Главная особенность всех уровней мироздания заключается, по мнению Гердера, в том, что нижние его "этажи" подготавливают появление верхних. Природа в целом - телеологична, т.е. обладает внутренней целью. Цель эта состоит в том, чтобы создавать все более совершенные организмы. Гердер описывает последовательные этапы развития мира - от возникновения солнечной системы к возникновению Земли; от геологической стадии земной эволюции к появлению первых растительных существ; от растений к животным; от животных к человеку. При этом предшествующие стадии вполне реализуют себя именно в появлении следующих стадий. В мире ничто не существует само по себе, обособленно. Всякий организм существует в качестве мостика для другого, более совершенного организма. И только в человеке природа обнаруживает себя полностью. Человек, согласно Гердеру, существует не для чего-либо другого, более высокого, но для самого себя. Он - кульминация природы, вершина развития. Человек - самоцель. В его разумной, нравственной деятельности аккумулируются все природные силы и возможности.
              Правда, человек не является вершиной эволюции с самого своего появления в мире. Человек создает себя сам из природного материала. Человек - культурное существо, т.е. существо образовывающее, воспитывающее себя. По мнению Гердера, "золотой век" человека не находится в начале человеческой истории, как считал Руссо. Вначале человек дик и некультурен; творение человека (самотворение) начинается позже. "Золотой век" человека впереди.
.

Гердер: «Человеческая культура – ковер, сотканный разными нитками. Каждая культура создает свой образ человечества».

«Культура состоит из языка, науки, семьи, государства, религии, ремесла, искусства. Человечество должно пройти несколько этапов развития культуры. Культурное развитие человечества не имеет конечной цели. Гердер считает, что человек обязан постоянно совершенствоваться, но так и не достигнет своей цели. Культуры разных народов появляются в разные периоды истории и существуют в пространстве, являясь самобытными уникальными образованиями».

12. Глобализация в свете культурологии.

Универсалии культуры - это общечеловеческие репрезентации культурного опыта и деятельности (в каждой культуре есть уважение к материнству, гостеприимству, коллективному труду, мужеству, смелости, самообладанию). Универсалии культуры - это вечные онтологические и экзистентные константы человеческого бытия, фундаментальные категории картины мира, суммарная аксиоматика внутреннего опыта.

Базовые универсалии сложились еще в архаических обществах и по мере их осознания выстраивались в представлении древних в некую пирамиду. Основание этой пирамиды составляли мифологемы хтонических сил (огонь, вода, земля, воздух) и связанные с ними элементы Космоса (Солнце, звезды, Луна, планеты в их именных персонификациях). Следующим был ближний мир предметов (камень, дерево, зерно, масло, утварь быта). Затем - природная органика (птицы, рыбы, насекомые) в ее пространственно-временной и хроматической определенности. Над ними свой мир строят универсалии терминов родства (в широком смысле) и древнейшие "метафоры" артефактов (дом, зеркало), экзистентных ситуаций (обмен, встреча, путь), границы состояний (сон, смех, слезы, тайна, экстаз) или их следов (тень, двойник, голос). Завершается пирамида универсалий культуры списком видов деятельности.

Современная наука предлагает систематизировать универсалы по субъект-объектному принципу, согласно которому, к объектному ряду относятся мир, целое, причина, изменение и т.п.; к субъектному - человек, честь, справедливость, счастье и т.д.; к субъект-объектному - познание, истина, деятельность и т.п.

Из истории изучения универсалий культуры

Проблемой универсалий культуры занимались Б. Малиновский, Л. Уайт, А. Бастиан, К. Уисслер, Э. Дюркгейм, М. Мосс, Г. Зиммель и др. В работе Ф. Боаса "Первобытное мышление" (1911) шестая глава названа "Универсальность культурных черт". В ней говорится, что мы можем основывать наши будущие соображения на теории сходства ментальных функций во всех расах, поскольку не только эмоции, интеллект и сила воли человека всюду одинаковы, но что среди весьма различных народов имеются детальные сходства в мышлении и действии. Математик Дж. Д. Биркгоф в своей работе "Мера эстетики" (1933) попытался разработать общечеловеческие каноны художественного восприятия. Развивая его идеи, некоторые исследователи утверждают, что точно так же, как существуют универсальные стандарты технической эффективности, есть и универсальные стандарты эстетического качества, которые базируются на одинаковых психологических импульсах. Р. Линтон в работе "Исследование человека" (1936) обсуждает "универсальные реакции человека", такие как зависимость человеческих существ от эмоциональных откликов других людей.

Повторяющиеся универсалии - приготовление пищи, система родства, совместный труд и разделение труда, возрастная дифференциация, похоронные ритуалы, игры, подарки, праздники, религиозные культы, наличие языка, календаря, декоративного искусства, организация общества, система табу и др.

Однако при всем сходстве универсалий (наличие общих черт и компоненте), их конкретное культурное содержание может быть различно. Поэтому исследователи пришли к выводу, что действительные всеобщие черты (общий знаменатель культур) - это не идентичность содержания, а сходство классификации.

Причины такого рода существования всеобщих черт культуры одни исследователи объясняют основными побуждениями и стимулами, определяющими человеческую деятельность, такими как самосохранение, репрезентация себя, самоудовлетворение и т.п. Другие исследователи дополняли эти подходы учетом других факторов, таких как наличие внешних стимулов, определяющих человеческие реакции: ритмы в природе (ночь и день); внешнее окружение (реакция на животных, растения, небесные светила); наличие фактора обучения и воспитания, вырабатывающегося в совместной жизнедеятельности; формирование базовой культурной привычки (навыка), которая обеспечивает возможность воспроизведения тех или иных реакций при одинаковых условиях и стимулах.

Универсалии формируются и развиваются всегда, даже с учетом усложнения культуры.

На это обращает внимание американский социолог Толкотт Парсонс (1902-1979), обосновавший существование эволюционных универсалий. В начале своей периодизации он выделяет те, которые присутствуют во всех известных социальных системах: 1) система коммуникаций; 2) система родства; 3) определенная форма религии; 4) технология. Эти универсалии складываются на "примитивном", согласно терминологии Т. Парсонса, уровне общества. Дальнейшее развитие связано с поэтапным формированием иных универсалий, которые повышают способность общества адаптироваться в меняющемся социокультурном пространстве.

Таким следующим шагом становится появление пятой универсалии - социальной стратификации, которая вызывает шестую - немедленную культурную легитимацию этой стратифицированной общности как единства. Переход к современному обществу связан с отделением правовой системы от религиозной и формированием административной бюрократии (седьмая универсалия), рыночной экономики (восьмая), системы обобщенных безличных норм (девятая), демократических объединений (десятая). Отсутствие одного из этих свойств блокирует дальнейшее развитие общества и культуры.

Ключевым в концепции Т. Парсонса является понятие адаптационной способности, которая при возникновении каждой последующей эволюционной универсалии увеличивает возможности предвосхищать, анализировать, контролировать состояние социокультурной среды и мобилизировать ресурсы для приспособления к ней. Таким образом, предложенная Т. Парсонсом теория охватывает человеческую реальность во всем ее историческом многообразии.

В противоположность целостному измерению личности, которое присутствовало в предшествующий период в европейской культуре и насильственно применялось к человеку как его финальное измерение, теоретиками постмодерна обосновывается фрагментированность как истинное состояние, обеспечивающее человеку ощущение внутреннего разнообразия. Создав образ человека как бесконечно беззаботной игры образующих его фрагментов и подчеркивая универсальность такой его трактовки, они тем самым побуждают к радикальной смене теоретических парадигм.

Биологические, психологические и социально-культурные универсалии дают возможность сравнивать культуры в терминах, которые не являются этноцентричными, а также фиксировать то общее, что лежит в основе многообразного человеческого сообщества.

В универсалиях культуры конституируется мировоззрение, специфическое для того или иного этапа культурной эволюции.

Таким образом, универсалии культуры создают тот фокус, вокруг которого и в котором кристаллизируются образы каждой культуры; одновременно они являются фундаментом, который обеспечивает взаимопонимание в межкультурном общении - как раз то, что способствует формированию единого и вместе с тем многообразного мира.

Современному человеку необходимо обладать способностью преодолевать рамки сложившейся культуры, искать эффективные решения, отвечающие сложным вызовам меняющейся реальности, выходить в новые логические пространства формирования смысла. В системе мировых взаимодействий возрастает роль субъектных отношений и целенаправленного управления.

Поскольку в реальный процесс общения людей вовлечено множество культурных феноменов, то следует признать непрерывное протекание в мышлении человека некоего полилога. На смену диалогической логике приходит плюралистическая методология, стремящаяся охватить множество культурных смыслов, ценностей, значений и представить мир во всей его многообразной целостности.

При всем существующем многообразии культур и цивилизаций в современном мире, нет никаких оснований утверждать, что это различие просто нивелируется и на смену придет некая унифицированная цивилизация. Тем не менее, нельзя не осознавать, что наша современность - это общемировое состояние, которое влияет на все паши действия, интерпретации и обычаи поверх национальных границ, вне зависимости от того, каковы наши реальные культурные истоки. Это состояние современности мы должны принять, ибо внутри него мы живем и действуем.

Следует осознать зависимость собственного мышления от стереотипов своей культуры, от особенностей личного социокультурного опыта.  В культурной антропологии различают понятие культурной относительности (культурный релятивизм), которое означает понимание культуры с точки зрения се носителей. Может быть точка зрения инсайдера ("своего" человека) на собственную культуру. Возможен и другой взгляд на культуру - с внешней стороны - с позиций аутсайдера (стороннего наблюдателя). Комплементарность (взаимное соответствие, связь дополняющих друг друга структур) взглядов инсайдера и аутсайдера (участника и наблюдателя) способствует целостному восприятию культурных артефактов.

Эту проблемную ситуацию восприятия инокультурных ценностей, способов их оценивания анализируют также в рамках логики. Отечественный мыслитель Владимир Соломонович Библер (1918-2000), продолжая идеи М. М. Бахтина и продуктивно разрабатывая обоснование мышления как формы диалога, в результате которой только и может возникнуть творческое мышление, вводит понятие "парадоксальность логики". Не надо говорить о истинности или неистинности. Каждое художественное произведение, каждый предмет культуры, каждое новое культурное событие, новый образ культуры выходят за пределы познавательно ориентированного разума и представляют собой самоценный факт. Такой тип мышления необходим для взаимопонимания культур.

Результат культурного диалога - неизбежное возникновение нового явления культуры (знания, впечатления, артефакта, ценности). Тем самым исчезает внутренняя раздвоенность сознания, снимается противостояние двух встречных логик, наступает взаимопонимание.

Значительный вклад в проблему взаимопонимания внес современный философ Ю. Хабермас, разработав теорию коммуникативного действия, в которой освещаются проблемы создания универсальной прагматики, когнитивно-инструментальной и коммуникативной рациональности, предлагаются попытки синтеза коммуникативной компетенции и герменевтики. Это его наследие еще подлежит продуктивному освоению.

Универсальная модель культуры - концепция единого плана построения культуры, сформулированная в антропологии как результат разработки сравнительного метода. В основе такого рода модели лежит представление о наличии неких культурных универсалий, имеющих место в человеческом обществе. Поисками моделей культурной универсализации занимались ученые ряда стран: К. Уисслер, Дж. П. Мёрдок; Б. Малиновский, Д. Ф. Аберле, М. Харрис и др. Разрабатываемая ими универсальная модель культуры отличалась тем, что она предусматривала не идентичность содержания, а сходство классификации разнообразных культурных практик в разных культурах, наличие в них общих черт и компонентов. Например, британский антрополог Бронислав Малиновский (1884-1942) обосновывал функциональный взгляд на культуру, согласно которому в каждой культуре, типе цивилизации любой обычай, материальный объект, идея и верование выполняют некую жизненную функцию, решают какую-то задачу (функционалист).

Основная единица функционального анализа у Б. Малиновского - институт культуры, который состоит из отдельных элементов (магии, религии, родства и т.п.).

В основе функций, которые выполняют элементы культуры лежат первичные и вторичные (произведенные самой культурой) потребности, которые носят универсальный характер.

Вывод, который был сделан исследователями, сводится к следующему: универсальная модель культуры существовала и существует во всех культурах, как древних, так и современных, и ее основа может быть найдена в особенностях биологической природы человека и условиях человеческого существования.

Помимо универсальной модели, ученые разработали концепцию универсальной социокультурной системы; определяющими в ней были векторы, согласно которым осуществляется деятельность людей. В эту систему входили: адаптация общества к природе, воспроизводство населения, общение, разграничение социальных ролей и их распределение, общепринятые познавательные ориентации и цели, нормативное регулирование, регулирование эмоциональной сферы, контроль за девиантными (отклоняющимися от общепринятой нормы) формами поведения. Эти составляющие рассматривались авторами как функциональные условия, необходимые для выживания любого социума.

Продолжая изыскания в этом направлении, ученые создали универсальную структуру социокультурных систем, которая учитывает не только биологические и психологические константы человеческой природы, но гораздо больший спектр иных факторов - сферу материального производства, сферу воспроизводства населения, поведенческие компоненты (все тоже самое только на масштабном уровне) и т.п. Таким образом, научные исследования позволяют нащупать основания для возможного "схождения народов и культур" в некоем универсальном единстве.

Именно фактор многообразия (культуры должны не поглощаться одна другой, а сосуществовать), неизмеримо увеличившийся к XX в., учел в своей модели французский исследователь Абраам Антуан Моль (р. 1930), назвавший свою модель культуры мозаичной. Модель мозаичной культуры образуется как результат осмысления тех процессов, которые возникают под воздействием средств массовой коммуникации в западном обществе.

Для него культура - это еще и совокупность всех тех процессов и явлений, которые происходят в повседневной жизни, это неупорядоченность и хаотичность информации, из которой мы весьма случайно выхватываем некоторые крохи.

В мозаичной культуре Л. Л. Моля знания формируются не системой образования, а средствами массовой коммуникации. Быстрое развитие науки и техники, средств массовой коммуникации создает в современном мире определенную мозаичность в знаниях и культуре как отдельных людей, так и социальных коллективов. Как считает А. А. Моль, появление такого рода культуры неизбежно, поэтому следует свыкнуться с этим. Рациональное мышление, основанное на знании формальной логики, должно уступить место менее точным системам, иному типу мышления.

На эту характеристику измененного мышления обращал внимание К. Леви-Стросс, полагая, что ассоциативность станет доминирующей чертой мышления в будущем. Инфралогическими законами логики  - дополнительное содержание за счет понятия "инфра" (от лат. infra - ниже, под), с тем, чтобы подчеркнуть стремление проникнуть в глубины сознания.

Ученый писал о мозаичной культуре, которая складывается из избыточного знания, распространяемого средствами массовой коммуникации, но в его концепции, которая сложилась в 1970-е гг., речь идет только о западной культуре. Восточные культуры, по его мнению, инертны, они почти не развивались на протяжении тысячелетий.

Идеи универсализации мира придерживался индусский мыслитель Сарвепалли Радхакришиан (1888-1975), однако пути, которые он предлагал, лежали в рамках индуистской доктрины. Одной из основных идей учения С. Радхакришиана была идея о единстве базовых принципов человеческого мышления,независимости их от того, к какой конкретной культуре подключен данный индивид. Философ был уверен, что исключительная духовность Индии - это тот стержень, который окажется внутри формирующегося единого человечества. Мир - интегрально, а само человечество - как единую семью.

Он отмечал, что во многих сферах деятельности мир функционирует как целое, но разделенность чаще всего возникает в сфере мировоззрения. Анализируя современное ему состояние мира, С. Радхакришиан видел, что враждующими оказываются порой Запад и какая-либо из культур Востока, в которых культурная экспансия Запада вызывает отчетливо отрицательную реакцию. Мыслитель выражал уверенность, что общность в конце концов возникнет и в мире ценностей.

"Новый универсализм".

Его формирование вызвано тем, что постепенно исчерпывается роль Запада как мироисторического субъекта (запад больше не чувствует своего доминирование в культурном поле; это заставляет признать другого).

Именно постмодерн подготовил почву для объяснения сосуществования множественности в едином универсальном пространстве. Постмодернистские "умеренные версии способствовали преодолению односторонности представлений о целостности мира в духе модернизаторского универсализма".

Однако способы или принципы видения этого целого, весьма различны: целостность предмета основывается в новой методологии на признании всеобщности связей, лишенной универсально-нивелирующего характера, связи, участники которой в принципе разнородны, творчески активны, а их основания выглядят не как эманация целого, но как и определяемые, и определяющие это целое".

М. Н. Эпштейн предлагает ввести понятие "критическая универсальность", под которой он понимает способность того или иного консенсуса "занять критическую дистанцию по отношению к себе, вобрать ценности других консенсусов и культур, а главное - ценность согласия на разногласия".  Таким образом, особенность универсализма нового типа заключается в том, что в нем учитывается ценностный характер идеалов других культур.

Итак, тенденциям нынешнего этапа глобализации соответствует новый универсализм, который не предполагает полной подчиненности частного и особенного всеобщему и целому. Универсальность в контексте глобализации понимается как результат усложнения межцивилизационных связей при равноправном диалоге.

Характерной чертой современного мира является не только интенсивный диалог культур, но и их взаимопроникновение, которое может быть описано такими понятиями как "диффузия", "конвергенция", "интеграция", "сближение", "ассимиляция", "творческое взаимодействие" и рядом других. Обозначенные этими терминами динамические процессы способствуют формированию единой мировой общности; в то же время они сопровождаются иными, противоположными им процессами, направленными на определение культурной идентичности, подчеркивание уникальности культур, установления культурной автономии - и в этом отличительная черта современной культурной ситуации.

Из истории формирования плюралистического мировоззрения.

До недавнего времени понятие "плюрализм" носило в гуманитарной мысли скорее негативный, чем позитивный смысл. Преобладающая в западной культуре традиция тяготела к монистическим мыслительным системам, рассматривающим многообразие явлений мира в свете одного начала, единой основы всего существующего.

В противоположность монизму для обозначения иной философской позиции, согласно которой существует несколько или множество независимых и несводимых друг к другу начал или видов бытия (форм знаний, ценностей), в 1712 г. немецким философом X. Вольфом был введен термин "плюрализм" (от лат. - множественный). Однако задолго до появления этого термина соответствующая позиция в объяснении неких соизмеримых ценностей, истин и т.п. уже имела место в концепциях отдельных авторов. Это относится, прежде всего, к Н. Макиавелли, который "попреки самому себе, - пишет И. Берлин, - является одним из творцов плюрализма", что собственно и стало, как полагает он, загадкой творчества итальянского мыслителя, вызвавшей разноречивые интерпретации потомков.

Н. Макиавелли сделал следующее: разграничил два несовместимых идеала жизни, два типа морали - мораль и ценности языческого мира (мужество, силу, стойкость в беде, общественное служение, порядок, дисциплину, счастье, стабильность, справедливость, личную инициативу, обладание знаниями и силой, необходимыми для достижения поставленных целей), и христианскую нравственность (идеалы которой - милосердие, сострадание, жертвенность, любовь к Богу, прощение врагов, презрение к благам мира сего, вера в загробную жизнь, вера в спасение души, понимаемой как высшая ценность, намного превосходящая любую социальную, политическую или иную земную цель, любое экономическое, военное или эстетическое соображение). Важно понять, что Н. Макиавелли и не думает отрицать что-то: что христиане называют добром, то и на самом деле добро, а то, что они называют добродетелью или пороком - действительно есть добродетель и порок. Однако если человек следует христианским ценностям, то он достигает одних результатов, которые могут быть расценены как его возвышающие; если другим, то других.  

Заслуга Н. Макиавелли - в признании того, что может существовать больше систем ценностей, чем одна, и для всех этих систем нет никакого общего критерия, позволяющего сделать разумный выбор между ними. При этом Н. Макиавелли разоблачает веру в то, что все истинные ценности совместимы, и в этом, как отмечает И. Берлин, его главная заслуга.

Поль Рикёр (1913 2005) рассматривал в тесной взаимосвязи оба качества, присущие европейской культуре - и плюрализм, и универсализм, причем последнее считал ее перманентным качеством: "Опыт Европы уникален в том, что ей пришлось вобрать в себя целый ряд культурных наследий - иудеохристианское, античное, а позднее и культуры варварских народов, а так же еще национализм, социализм и романтизм"; 

Современная версия культурного плюрализма.

Принцип плюрализма является основополагающим для объяснения культуры постмодерна; если модерн характеризовался европоцентристскими интенциями, то постмодернизм задает ориентацию на культурный полилог во всех направлениях.

Современный английский исследователь Джон Грей обосновывает необходимость заменить просветительский проект готовностью к сосуществованию с имеющими иную природу культурами. Тем самым он отстаивает плюралистическое видение культуры будущего, которое, соответственно, может быть обеспечено плюралистическим политическим порядком.

Действительно, проблема культурного многообразия обусловлена конкретными процессами, протекающими сегодня в мире. Эко отмечает, что в современной Европе происходит миграция, сравнимая с ранней индоевропейской миграцией с Востока на Запад или же с вторжением варваров в Римскую империю и образованием романо-германских государств. Еще в конце XX в. У. Эко обращал внимание на то, что "лет через сто Европа может стать континентом цветных".

Ряд современных западных исследователей озабочены проблемой неизбежного плюрализма культуры на европейском континенте. Постпросвещенческий проект сводится к ослаблению трагического характера культурных идентичностей, которые всегда будут воинственными но своей природе, к созданию институтов и практик мирного сосуществования. Политики выдвигают понятие "правовой плюрализм", которое подразумевает принятие реальности культурных различий как данности политического порядка и терпимость по отношению, например, к различным религиям и мировоззрениям, их правовое признание. Гибридизация цивилизаций - культуры открытые системы против столкновения цивилизаций - культуры закрытые системы (Питерс).

Политика толерантности.

Реальные процессы породили такое явление как мультикультурализм - особую практику и политику бесконфликтного сосуществования в одном жизненном пространстве множества разнородных культурных групп. Начало формирования концепции мультикультурализма было положено книгой Ч. Тейлора "Мультикультурализм и политика признания". Теоретики мультикультурализма исходят из онтологического признания плюрализма культур, присущего современному обществу. Носителем возникшего в начале 1990-х гг. реактивного мультикультурализма стали этнические и культурные меньшинства, пытающиеся восстановить былую идентичность. С этой целью они подчеркнуто отделяют себя от иных культурных меньшинств в формах времяпрепровождения, досуга и т.п.

Мультикультурализм предполагает, что индивиды и группы могут быть полностью инкорпорированы в общество, без утраты своей национальной или иной идентичности, без ограничения своих прав. С появлением мультикультурализма изменяется роль государства, значительно утрачивается его центрирующая роль и повышается координирующая. При этом актуализируется вопрос о проведении политики толерантности, необходимой составляющей компоненте в условиях глубокого культурного разнообразия.

Среди имеющих место разнообразных форм толерантности, наиболее радикальной, по мнению Дж. Грея, является безразличие.

Главной отличительной чертой современного мира, несмотря на присущие ему противоречия, конфликты, кризисы, является все же неуклонное продвижение человечества к взаимопониманию и продуктивному общению, к сотрудничеству во всех сферах духовной жизни и материального производства, к передаче и усвоению культурного опыта, активному реагированию на внезапные ситуации, к взаимопомощи и поддержке. Все больше люди осознают свою принадлежность не только к региональной культуре или субкультуре, но и ко всему человечеству, что налагает на каждого ряд обязательств. Человек живет в многообразном мире, и это многообразие должно выполнить не деструктивную роль, а напротив, творческую, конструктивную, с тем, чтобы каждый смог ощутить потребность в духовном обогащении, испытать полноту жизни, радость творческого поиска, которые только и могут возникнуть при разнородности культурных ценностей, а не их унификации. Построение такого мира зависит от способности человека перестроить свое сознание, от умения достойно пережить переходный период и проделать огромную работу по адаптации к условиям жизни при формировании единого поля универсальной культуры.

Досовременный период - первый период глобализации, в который происходило заселение планеты. Он начался примерно 9-11 тыс. лет назад. Тремя основными проводниками глобализации в то время были: политические и воинственные империи, мировые религии и миграционные перемещения, как степных кочевников, так и аграрных обществ. Мировые империи, существовавшие в то время (индийская цивилизация, Китайская империя при династии Хань, Западная Римская империя)

11. Современная культура в интерпретации Ж. Делёза.

Концепты Делеза:

"Капитализм и шизофрения"

1) Шизанализ - это модификация психоанализа, основанная на вере в то, что никакого базового ядра у бессознательного нет (эдипов комплекс и семейный роман). Делез говорит, что ничего этого нет, а есть разные желания, которые появляются в силу определенных причин. Они могут быть реализованы, реализованы или периодически реализовываемые. Бессознательное - это просто масса или совокупность желаний. Психоанализ появляется как реакция на капитализм. Капиталистическая семья, позднехристианская мораль - все это сруктурировала бессознательное. Фрейд смотрел на бессознательное через призму своего культурного опыта (Руднев).

2) Существует два образа: полое тело без органов (Органчик) и "Фабрика желания". Это две части человека, одна из которых превалирует в нем.

Фабрика желания/желающая машина: каждый человек выделяет гормоны, кровь разводит их, а психика производит готовые желания.

Шизофрения - это высшая форма существования фабрики желаний (мир расщипляется).

Полное тело без органов - это репрессивный аппарат человека, ориентация человеческой психики на подавление себя и окружающих. Стремление превратить всех людей в однотипную массу (леваки).

Паранойя - это высшая степень тела без органов (когда человек подвержен какой-то супер идеи).

Шизойдные проявления - это хорошо, это творчество, а паранойя - это фашизм, это плохо. Задача шизанализа вскрыть в человеке его шизофреничность, снять с человека все его ограничения.

Культура может развиваться как линейно, так и ризомно (это мочковатая система в ботанике), т.е. нелинейно, децентрализовано.

Отличительная особенность его творчества - создание новой терминологии, которую он именует "варварскими словами", позволяющими вводить новые значения.

По мнению Ж. Делёза и Ф. Гваттари, психоанализ, так же как и капитализм, способствует угнетению человека (потому что лечит, потому считает что есть норма) и его отчуждению. Ратуя за освобождение человека, в совместно написанной работе "Капитализм и шизофрения", состоящей из двух томов (т. 1: Анти-Эдип (1972); т. 2: Тысяча плато (1980.

Капитализм осуждается Ж. Делёзом и Ф. Гваттари за тотальную денатурализацию человека, разрыв его естественных связей с природой, за возникшее отчуждение между человеком и социумом.

Человек как желающее производство

Характерное для Нового времени суждение о противопоставлении природы и человека Ж. Делёз и Ф. Гваттари не разделяют. Расхожие суждения "человек - царь природы", "человек - высшее творение" уступают место иной трактовке: "человек и природа как одна-единственная сущностная реальность производителя и произведенного" (натурализм; механицизм).

У человеческого тела есть организмы (желающие машины): машина-ухо, машина-рот, машина-анус, машина-желудок, машина-кишечник. Желания не могут быть безостановочными, они обязательно перемежаются перерывами. У них нет плана работы, они работают на всех уровнях и во всех направлениях, каждый говорит на своем собственном языке.

Если закрыть глаза, зажать нос, заткнуть уши, если эти и другие органы отнять, остается тело без органов. Тело без органов - это антипроизводство, это непроизводящее.  Образование "тела без органов" - необходимый момент производства. Тело без органов жизненно.

Между желающими машинами и телом без органов разгорается явный конфликт, поскольку существование работающих органов объясняется тем, что желание -это прежде всего желание жизни, желание действовать, создавать. Однако одновременно желание есть и желание смерти, остановки, что объясняет существование тела без органов.

Наряду с желающими машинами и телом без органов введен третий термин в этом перечислении, или "линейной серии", как пишет Ж. Делёз, - "огромный недифференцированный объект". "Окажутся ли машины настолько разболтанными, а их детали настолько разъединенными, чтобы вернуть пас в ничто?"

Итак, состыковка производства с антипроизводством и составляет искомый синтез.

В отличие от такого понимания Ж. Делёз и Ф. Гваттари объявляют желание физическим, механическим процессом, действующим подобно заводу.

То, что З. Фрейд произвел фундаментальное открытие либидо, они ставят ему в заслугу, но отмечают, что эту же сущность он снова подверг отчуждению. Ж. Делёз и Ф. Гваттари также используют это понятие в своей концепции. У них либидо - это энергия желающих машин. Либидо у З. Фрейда инвестирует общественное поле как таковое только при том условии, что оно десексуализируется и сублимируется. Авторы "Анти-Эдипа" напротив, видят, что "либидо в любви и сексуальности инвестирует именно само общественное поле в его экономических, политических, исторических, расовых и других определениях - либидо беспрестанно бредит Историей, континентами, королевствами, расами, культурами".

Психоанализ рассматривается как один из институтов буржуазного общества, осуществляющего территоризацию желания. Отождествляя бессознательное с мифом и трагедией, психоанализ рассматривает его как символическое, как субъективные представления, как чистые означающие, не имеющие отношения к объективности. "Мы считаем, что так называемое первичное вытеснение не может иметь какого-то другого смысла - это не "контринвестирование", а отталкивание желающих машин телом без органов".

"Завод", "ателье" были превращены Фрейдом в театр, миф.

Задача в работе с бессознательным заключается в том, чтобы изучить его как желающее производство, выявить его революционный шизофренический потенциал. В этом случае такой метод приобретает дополнительные исследовательские возможности и дополняет марксизм - теорию, в которой излагаются законы социального производства, но не учтено производство желания.

Ж. Делёз и Ф. Гваттари лишают всякого символического значения бессознательное, трактуют его как энергию, инвестируемую в разнообразные формы деятельности человека. Для них шизофреник это тот, кто уклоняется от любой эдиповой, семейной или персонологичской референции.

Задуманный как средство реализации желающего производства, шизоанализ предполагает осуществление двух обширных программ: негативной и позитивной.

Негативная программа состоит в радикальном разрушении представлений о содержимом бессознательного. "Шизоанализ должен всеми силами предаться необходимому разрушению. Разрушить верования и представления, сцены театра". Освобождение бессознательного от образов, структур, символов способно обнаружить его производственную мощь и послужить исходной точкой для объяснения реальной культурной деятельности человека.

При реализации позитивной программы намечается выполнение двух основных задач. Первая состоит в том, чтобы обеспечить осуществление желающего производства; вторая связана с реализацией единства желающего и социального производства. Шизоаналитик - не врач и не театральный режиссер, а механик, умеющий разбираться в желающих машинах и в особенностях проявления их деятельности в культуре.

Задача шизоанализа - детерриторизация потоков желаний и опрокидывание их в порядок желающего производства. Шизоанализ всецело функционален, он не интерпретирует либидо, а выявляет энергию.

В социальной жизни наряду с желающими машинами имеются облаченные полные тела, аналогами которых названы земля, тело деспота, капитал - деньги. Особенности возникающих связей между желающими организмами и общественными прослеживаются на трех стадиях развития истории: дикости, варварства, цивилизации. На этапе дикости имеет место единство природных желаний и социальной деятельности. В последующие исторические периоды возникает разобщенность, которая все более увеличивается. На цивилизационной стадии разрыв между желаниями индивида и социальной деятельностью достигает своего апогея. Отсюда отчуждение индивида в цивилизационном обществе и необходимость поиска путей к его преодолению.

Подлинное освобождение желания, объединение его с социальными процессами, свободный выбор исторических кодов, записанных на теле без органов, т.е. введение шизофренического стиля жизни, согласно Ж. Делёзу и Ф. Гваттари, может привести к возникновению "новой человечности".

Примеры правильной жизни авторы видят в поведении "шизо", который живет по законам желаний. Реальными прототипами такого образа жизни становятся ребенок, дикарь, артист, революционер.

Фундаментальной оппозицией, характеризующей культуру, для авторов выступает противопоставление двух полюсов - шизофрении и паранойи, образующих два противостоящих способа мышления. Соответственно шизофрения рассматривается Ж. Делёзом и Ф. Гваттари как позитивная, а паранойя - как негативная черта культуры.

В совместно написанной Ж. Делёзом и Ф. Гваттари книге "Ризома" (1976) (впоследствии в переработанном виде была включена в качестве введения ко второму тому книги "Капитализм и шизофрения" - "Тысяча плато"). Издавна дерево было образом мира, а корень - образ древа-мира. Свою концепцию авторы строят па примере различного устройства книги. Первый тип книги - книга-корень. Это классическая книга, имеющая стержень, ствол, крону. Бинарная логика - это духовная реальность дерева-корня. Второй тин книги представляет собой систему-корешок, где главный корень почти до конца уничтожен; к нему прививается и обретает чрезвычайное развитие множество вторичных корней. Такую систему они называют ризома. Принципиальное отличие ризомы заключается в том, что она может развиваться куда угодно и принимать любые конфигурации, ибо ризома абсолютно нелинейна, и, по заключению авторов, мир потерял свой стержень.

В отличие от ризоморфной культуры, логика древовидной культуры - это логика жестких векторно ориентированных структур. Воплощением древесного художественного мира служит классическая книга. Ризома - карта, хаосмос.

Номады (кочевники) выступают историческим прототипом и образом парадигмы корневища (ризомы). Кочевники в этом понимании не имеют ни прошлого, ни будущего, они только появляются и всегда становятся, имея не историю, но широкую географию.

Ризома как организационная модель находит свою конкретизацию в постмодернистском художественном творчестве, в рамках которого идеал оригинального авторского произведения сменяется идеалом конструкции как стереофонического потока явных и скрытых цитат, каждая из которых отсылает к различным и разнообразным сферам культурных смыслов. Это второй образ книги, и именно за ним будущее. Книга-ризома будет реализовывать принципиально иной тип связей: все ее точки будут связаны между собой, но связи эти не структурированы, множественны, запутаны, они то и дело неожиданно прерываются. Ризомная культура не застывшее явление.

Восток - ризома, Запад - дерево, Америка - центр.

Признавая неравномерность развития мира культуры, Делез отмечает, что периоды оскудения в культуре сменяются периодами расцвета.

Искусство осуществляется как таковое. Оно интерпретируется им в контексте машинного производства: производит цепи декодированных потоков, которые запускают машины желаний. Искусство представляет собой процесс без цели: оно не может быть привязано к какой-либо школе или традиции; оно не может подчиняться какому-то коду или канону. Делез считает, что, если бы не искусство, люди не смогли бы выжить. Миссия художника поэтому очень высока, Ж. Делёз рассматривает его как "врача цивилизации".

Что касается философии - то это сопротивление, сопротивление глупости. Она препятствует людям стать "безмозглыми скотами", каковыми бы они были без философии.